горящая трава

Несмотря на военное положение в Украине, в Ренийской громаде не снижается актуальность проблемы возгорания сухой растительности.

В частности, как уже сообщала пресс-служба Главного управления Госслужбы по чрезвычайным ситуациям (ГСЧС) в Одесской области, 17 марта т.г. в городе Рени, в Бондарном переулке, произошло возгорание сухой травы. Возник пожар на площади 400 квадратных метров. Ренийской службе спасения удалось довольно быстро потушить огонь, но на месте пожара было обнаружено обгоревшее тело мужчины. По официальной версии ГСЧС, причиной трагедии стало неосторожное обращение с огнём.

Как уточнило руководство Ренийского отделения Измаильского райотдела полиции, жертвой пожара стал пастух, который выпасал коз. Он находился в состоянии алкогольного опьянения, курил и уронил сигарету в сухую траву. Это и стало причиной возгорания. Пастух погиб прямо в огне…

Но даже если в данном случае пожар стал результатом трагической случайности, это никак не влияет на общую тенденцию подобных фактов на местном уровне. «Топор» уже писал о том, что в Ренийской громаде возгорания сухой растительности начались ещё в начале февраля, и за минувшее время произошёл целый ряд пожаров такого рода. Как правило, сознательным сжиганием сухой травы занимаются пастухи, которые столь варварским способом «очищают» пастбища для овец (на выжженных участках лучше растёт молодая трава). Однако доказать причастность пастухов к поджогам очень трудно, и, пользуясь своей безнаказанностью, они продолжают устраивать пожары на потенциальных пастбищах.

Между тем эта проблема уже получила адекватную оценку на государственном уровне: 3 марта т.г. внесены изменения в Уголовный кодекс Украины, предусматривающие усиление ответственности за преступления против основ национальной безопасности в условиях военного положения. В частности, статья 113 УК (диверсия) дополнена тем, что в неё включены умышленные поджоги, в том числе и сухой растительности. Появление данной нормы уголовного законодательства вызвано тем, что в условиях военного времени такие поджоги могут препятствовать работе спасателей и выполнению боевых задач Вооружённых сил Украины. Отныне за поджог сухой растительности, приравненный к диверсии, предусмотрено лишение свободы на срок от 10 до 15 лет с конфискацией имущества.

Вместе с тем существует и другая сторона проблемы – ответственность местных органов власти, субъектов хозяйствования и граждан за обеспечение пожарной безопасности, включая своевременную ликвидацию зарослей бурьяна и прочей «бесхозной» растительности. Как уже сообщало наше издание, в Ренийской громаде с 30 ноября 2021 года действуют Правила благоустройства населённых пунктов, которые, помимо прочего, предполагают «регулярное уничтожение бурьяна, покос травы высотой более 10 см, удаление сухостойных деревьев и кустарников, удаление сухих и повреждённых веток». Контроль за соблюдением этих требований несут Ренийский горсовет и его исполнительный комитет. Также предусмотрена и функция общественного контроля.

Будет ли усилен такой контроль после внесения вышеупомянутых изменений в Уголовный кодекс? Намерены ли правоохранительные органы более жёстко привлекать к ответственности местных чиновников, юридических и физических лиц за невыполнение норм пожарной безопасности в плане борьбы с массивами сухой растительности? Эти вопросы мы задали начальнику Ренийского отделения полиции Николаю Пищанскому.

«В условиях военного положения я не могу озвучивать все мероприятия, которые проводят или намерены проводить органы полиции или других силовых структур. Конечно, мы не можем выставить сотрудников на полях и ждать, пока кто-то начнёт поджигать сухую траву. Скажу так: полиция работает в усиленном режиме и делает всё возможное для обеспечения общественной безопасности на территории громады, – ответил Николай Пищанский. – Что касается распространения зарослей бурьяна, тростника и другой дикой растительности в населённых пунктах и за их пределами, то у полиции нет полномочий привлекать кого-либо к ответственности за подобные нарушения. Это – функция городской власти. Но не надо забывать о том, что бдительность должны проявлять и граждане. Каждый гражданин должен навести порядок возле своего дома, на приусадебном участке, на других территориях, где существует опасность возгорания сухой травы. Не надо ждать, что кто-то приедет и всё сделает. Я никого не защищаю, но сегодня местная власть не может объять необъятное – у неё есть масса других забот. Необходимо решать проблемы беженцев, вопросы жизнеобеспечения и снабжения города и громады в целом. Всегда есть более важные задачи, и приходится выбирать, чем заниматься в первую очередь – косить бурьян на пустырях или поддерживать нормальную жизнь населения».

Мы также связались с Измаильским районным управлением ГУ ГСЧС в Одесской области. Нас, опять же, интересовал вопрос о том, может ли инспекция службы спасения в условиях военного времени «стимулировать» местные органы власти для более активной борьбы с массивами сухой растительности? Существует ли возможность привлекать к ответственности юридических и физических лиц, которые своим бездействием повышают вероятность «травяных» возгораний?

К сожалению, измаильский сотрудник ГСЧС, согласившийся с нами пообщаться, категорически отказался дать официальный комментарий, поэтому разговор носил неформальный характер. Наш собеседник объяснил свою позицию тем, что у него нет полномочий официально комментировать деятельность службы, и что такими полномочиями обладает только пресс-служба ведомства. Тем не менее беседа получилась содержательной и многое прояснила в рамках нашей темы.

«На чьей территории находятся заросли сухой травы и бурьяна, тот и отвечает за их ликвидацию. Если это земля местного совета, то за устранение сухой растительности отвечают коммунальные службы, – сказал сотрудник Измаильского районного управления ГСЧС. – Но если ответственные лица и службы проявляют халатность, то у нас очень мало рычагов воздействия на них. Всё, что мы можем реально делать, это проводить информационно-разъяснительную работу. Мы периодически пишем письма в органы местного самоуправления, направляем в каждую громаду и в СМИ соответствующую информацию, даём статистику пожаров, инициируем рассмотрение этих вопросов на заседаниях местных комиссий по техногенно-экологической безопасности и чрезвычайным ситуациям (ТЭБ и ЧС). А больше мы ничего сделать не можем. Да, если мы поймали поджигателя за руку, то это уже другое дело. Но даже оштрафовать злоумышленника – не так просто, как кажется на первый взгляд. Для того, чтобы составить обычный протокол об административном правонарушении, нам нужны персональные данные нарушителя – паспорт, идентификационный код и так далее. Если человек отказывается их предоставлять, нам приходится вызывать полицию и составлять протокол с её участием. А вообще общепринятая практика такова, что инспекция ГСЧС может выявить нарушения норм пожарной безопасности только при проведении мероприятий государственного надзора. Если раньше мы могли сами выявить нарушение, выехать на место и оштрафовать нарушителя, то теперь процедура привлечения к ответственности – гораздо более сложная».

Отвечая на вопрос, как быть с зарослями сухой растительности на бесхозных территориях (заброшенные огороды и приусадебные участки, пустыри, необрабатываемые сельскохозяйственные земли и т.д.), то есть, не лучше ли устранить условия возникновения проблемы, чем бороться с её последствиями, наш собеседник признался, что «ну никак не может оштрафовать местную власть за её бездействие».

«Нет, у нас ничего не предусмотрено в подобных случаях. Мы занимаемся информационной профилактикой, но, как показывает практика, нас никто не слышит», – резюмировал сотрудник Измаильского районного управления ГУ ГСЧС в Одесской области.

Итак, мы можем констатировать неутешительное обстоятельство: даже в реалиях военного положения Госслужба по ЧС практически полностью расписалась в собственном бессилии в тех вопросах, которые связаны с предотвращением возгораний сухой растительности. А это значит, что, к огромному сожалению, очередные «травяные» пожары были, есть и будут…

 

Андрей ПОТЫЛИКО

Политика