Жалобы на работу «скорой помощи» – явление, к сожалению, распространённое и даже обыденное. Наши граждане могут рассказать множество историй о том, как долго медики ехали на вызов человека, который находился между жизнью и смертью. Или о том, как больного не могли спасти только потому, что у бригады «скорой помощи» не было необходимых лекарств…

Некоторые факты равнодушия и непрофессионализма людей в белых халатах откровенно шокируют. При этом корпоративная солидарность медиков – это практически непробиваемая стена: они практически никогда не признают своих грехов и ошибок. Профессиональную халатность врачей очень трудно доказать юридически, – даже в тех случаях, когда эта халатность привела к трагическим последствиям для пациентов.

Я никоим образом не хочу бросить тень на всех медиков, однако критика в их адрес порой действительно «зашкаливает». И закрывать глаза на подобные сигналы просто невозможно.

Эту историю мне рассказала учитель математики Ренийской гимназии, экс-заместитель председателя Ренийского районного совета Анна Строганова. Анна Ивановна – одна из самых уважаемых педагогов в районе, и её слова заслуживают безусловного доверия. Тем удивительнее для меня оказалось то обстоятельство, что рассказ А. Строгановой резко контрастирует с комментарием самих работников «скорой помощи». Впрочем, не будем забегать вперёд…

Так случилось, что Анне Ивановне пришлось сопровождать в больницу свою коллегу, которой стало плохо – учительница даже теряла сознание. Пациентку доставили на местную подстанцию «скорой помощи». Но там педагогов ожидал холодный приём: медики заявили, что у них нет необходимых медикаментов. На вопрос о том, что же теперь делать, люди в белых халатах невозмутимо ответили: рядом – аптека, и там можно купить лекарства и систему для капельницы. Деваться было некуда – условие медиков было выполнено. И лишь затем сотрудники «скорой» оказали больному человеку медицинскую помощь.

Приведённый случай может показаться рядовым (критическое состояние украинской медицины уже давно никого не удивляет), и тем не менее произошедшее возмутило А. Строганову до глубины души. Она начала звонить в местные органы власти с одним вопросом: неужели Ренийский район настолько нищий, а руководящие чиновники настолько беспомощны, что нельзя нормально профинансировать медицинское подразделение, призванное спасать жизни людей? Свою боль педагог высказала и мне.

Анна Ивановна то ли не знала, то ли забыла, что отечественное здравоохранение уже несколько лет реформируется. Реформы коснулись и службы «скорой помощи», которая уже давно не подчиняется местным органам власти и, соответственно, не входит в состав центральной районной больницы.

Разумеется, никакая реорганизация не может служить оправданием для невыполнения медиками своих прямых обязанностей. Рядовому гражданину абсолютно всё равно, кто кому подчиняется и из какого источника финансируется. С этим вряд ли будут спорить и сами работники здравоохранения. И всё же их комментарий оказался для меня неожиданным.

В беседе со мной старший фельдшер Ренийской подстанции Измаильской станции экстренной медицинской помощи Мария Топалова заявила, что в настоящее время «скорая» получает весь перечень необходимых лекарств и медицинских материалов, а также полностью снабжается топливом для своего автотранспорта. Мария Николаевна признала: действительно, был период, когда служба испытывала острый дефицит медикаментов, но это происходило на стадии реформирования. Но даже тогда, мол, сотрудники «скорой» покупали лекарства за свой счёт, поскольку медики несут ответственность за каждый факт неоказания помощи больному. Теперь же, по словам старшего фельдшера подстанции, подобных проблем просто нет (к слову, я собственными глазами видел в помещении ренийской «скорой» заполненный лекарствами стеклянный шкаф, хотя персонал заранее не знал о моём приходе и не мог подготовиться к визиту прессы – А.П.).

«Сейчас у нас есть всё необходимое – мы регулярно получаем медикаменты из Измаила. Слава Богу, не жалуемся, – говорит Мария Топалова. – Например, в июле текущего года получили очень большую партию лекарств. Когда что-то заканчивается, мы заказываем препараты, и вышестоящие структуры довольно оперативно откликаются на наши потребности. Сегодня у нас есть и шприцы, и перевязочные материалы, и системы для капельницы, и растворы, – в том числе на случаи ДТП или других катастроф. И всё это – совершенно бесплатно. Мы не берём с пациентов никаких денег, хотя по этому поводу периодически возникают слухи. С объёмом работы мы также справляемся вполне успешно. На подстанции работают две бригады (две машины), есть и третья машина – запасная. Наш персонал состоит из 25-ти человек. Мы выезжаем не только на вызовы по городу, но и обслуживаем сёла района. Иногда даже приходится возить пациентов в Измаил, в том числе психически больных (в своё время в Ренийской ЦРБ было ликвидировано психиатрическое отделение, и тоже под предлогом медицинской реформы – А.П.).

Возможно, слухи о том, что «скорая» требует от людей какие-то деньги, ходят из-за того, что у нас есть отдельные платные услуги. К примеру, машина «скорой помощи» может доставить пожилого человека, которому трудно самостоятельно ходить, на анализы, рентген, УЗИ и т.д. Цена такой услуги – 6 гривен 42 копейки за каждый километр пути. Расценки официально утверждены Одесским областным центром экстренной медицины, и мы их не скрываем от граждан. Тем не менее не следует путать оказание медицинской помощи по вызову с платными услугами, которые, кстати, мы предоставляем очень редко. Хочу повторить: мы помогаем больным бесплатно!»

Вместе с тем Мария Николаевна особо подчеркнула, что после реформирования структуры службы «скорой помощи» изменился и порядок обслуживания населения. Теперь все вызовы делятся на экстренные и неэкстренные. Чтобы отличить одни от других, диспетчер «скорой» вынужден задавать в ходе телефонного вызова целый ряд уточняющих вопросов. Однако люди, не понимая, зачем их так подробно расспрашивают, зачастую отказываются отвечать на «лишние» вопросы медиков, и тем самым создают дополнительные трудности в работе службы.

«Население должно понимать: если вызов имеет признаки неэкстренного, то «скорая» не обязана срочно выезжать к больному, – продолжает М. Топалова. – Информацию о таком вызове мы должны передать семейному врачу, который обязан в течение часа посетить пациента и принять решение о дальнейших лечебных действиях. И только в том случае, если семейный врач по какой-то причине не может выполнить это условие, «скорая помощь» приедет к больному. Вот почему люди должны отвечать на все вопросы нашего диспетчера. Чёткие и быстрые ответы – в интересах самих граждан. Мы просто обязаны строго выполнять действующую инструкцию. Нас регулярно проверяют из Одессы, и мы получаем замечания за то, что приезжаем на неэкстренные вызовы».

Странная ситуация, не правда ли? «Версии» А. Строгановой и М. Топаловой полностью противоречат друг другу. И всё же достоверность рассказа Анны Ивановны вряд ли можно поставить под сомнение (ещё раз напомню, что этот рассказ – один из множества подобных историй). Если сотрудники «скорой помощи» в тот раз действительно поступили недобросовестно, то трудно понять их мотивы на фоне вполне благополучного материально-технического положения этой службы (как вытекает из комментария старшего фельдшера). Возможно, медики просто экономят казённые лекарства или обслуживают интересы аптеки. Ответ на этот вопрос могло бы дать служебное расследование, но А. Строганова не стала писать официальные жалобы…

Как бы то ни было, остаётся надеяться, что данная публикация сыграет свою положительную роль. Как говорится, на будущее. Грубо говоря, теперь читатели получат возможность «поймать за язык» сотрудников «скорой помощи», и те уже не смогут оправдывать недостатки в своей работе «плохим финансированием» и «отсутствием лекарств».

А нам со своей стороны остаётся лишь призвать граждан отстаивать свои права и не бояться обращаться в соответствующие инстанции в тех случаях, когда медработники нарушают эти права.

P.S. Впрочем, не стоит обольщаться. Как известно, недавно в Украине стартовала очередная медицинская реформа, которая, по мнению многих экспертов, может окончательно похоронить остатки бесплатной медицины в нашей стране. И тогда граждан ждут самые неприятные «сюрпризы». Но это уже тема для других публикаций.

Андрей ПОТЫЛИКО